Загадки цивилизации, история

Самое жуткое завоевание XIX века: Маори против мориори

Жили были в Океании племена маори и мориори. Маори хорошими манерами не отличались: убивали и ели всех почём зря. А мориори были их полной противоположностью. И когда отмороженным викингам-каннибалам стало тесно на насиженных территориях, началось самое жуткое завоевание XIX века.

 

Как маори стали клингонами
 


У края ойкумены, на самом дальнем юге лежат острова Новой Зеландии. Их коренное население — племена маори. По легендам, их предки тысячу лет тому назад приплыли сюда с прародины Гаваики на семи каноэ. И прозвали новую землю Аотэароа — «страна белого длинного облака».

Поначалу всё шло неплохо. Новые территории, невообразимо гигантские по полинезийским меркам, по тем же меркам были прохладны. Местные непуганые звери и птицы являлись лёгкой добычей, да и съедобных растений хватало. Племена расселились по обоим островам и многократно размножились. Совмещая земледелие с поеданием всего, что движется.

Понемногу аборигены схомячили подчистую всю крупную и питательную живность на островах. Надо полагать, местные духи разобиделись на них за эдакие аппетиты, и с начала XVI века климат на островах становился холоднее и холоднее. А Южный остров с его горами — хорошо знакомыми всем по кинотрилогии «Властелин Колец» — вдобавок забился в конвульсиях мощных землетрясений.

Голод и холод, разрушительные подземные толчки и цунами превратили острова Новой Зеландии в ад.

Маори решили соответствовать.

До начала периода катастроф археологи почти не видят в Новой Зеландии следов войн и оружия. Зато с приходом века ужаса всё резко изменилось.

Выжили те племена, которые превратились в банды яростных, бесстрашных рейдеров, способных ловить и пригонять много пленных. Которых затем ритуально резали и пожирали всем племенем.
 

Спустя считанные десятилетия острова Новой Зеландии превратились в арену вечной войны за земли и пищу. Вся культура маори пропиталась войной, агрессией и каннибализмом, подобно выдуманному миру орков или клингонов.

Мрачные деревянные крепости-городища в дыме костров оглашались воплями жертв и грозными ритуальными песнопениями.

Как мориори стали хиппи

Ещё в конце XIV века — когда на острове Новая Зеландия появились первые признаки приближающегося кризиса и рост населения замедлился, потому что еды становилось всё меньше — люди маорийского племени Нгаи Таху покинули Южный остров и отправились искать новые земли.

Ими стали острова Чатем в 690 километрах к юго-востоку от Новой Зеландии. Почти тысяча квадратных километров ещё более холодных, сырых и холмистых пустошей. Но море вокруг кишело рыбой и птицей — и переселенцы сумели закрепиться на этой не очень приветливой земле. Прозвав её Рэкоху — «Туманное солнце».
 

Маленькая экосистема архипелага не могла прокормить много людей. А социальные конфликты при такой скученности обернулись бы катастрофой. Но первые вожди нового народа, наречённого «мориори», разработали кодекс религиозного пацифизма — Законы вождя Нунуку.

Мориори стали полным антиподом воинственных каннибалов‑маори.

Убийство человека, драка и тем более война стали жесточайшим табу. Самые непримиримые конфликты разрешались путём ритуальной дуэли на тонких палочках строго до первой капли крови.

Девять племён мориори общим числом около 2000 человек бедно, но мирно жили на своих островах веками. За 24 поколения они совершенно забыли множество технологий, полностью перешли на собирательство, охоту и рыболовство. Одна мысль об убийствах, оружии и даже драках приводила их в ужас.
 


Мирные мориори

Мориори едва ли не первыми в истории человечества создали действующую модель пацифистского общества.

За что жестоко и страшно поплатились.

О пользе картошки для военного дела

Тем временем на Новую Зеландию проникли англичане. Маори узнали о прекрасных изобретениях белого человека: картошке и ружьях. Первое позволило прокормить гораздо больше членов племени, а второе… и вовсе стало подарком небес для рейдеров-каннибалов, привыкших к вечной войне всех со всеми.

А ещё можно было выращивать картошку и продавать её англичанам в обмен на всё те же ружья!

Тем более, что мясо у белых людей, по мнению маори, совсем невкусное. Торговать с ними было во всех смыслах полезнее.

Взрывной рост численности населения за счёт картошки позволил выставлять тысячи воинов с ружьями там, где раньше и сотня с дубинками была грозным войском. «Это же просто праздник какой-то!» — подумали хором все маори и острова погрузились в ещё большее безумие всеобщей резни.

Вот до чего картошка людей доводит.

Одно из племён маори — Нгати Мутунга — было не раз крепко бито соседями. Им даже пришлось ритуально сжечь кости предков и уйти со своих коренных земель. Бить других маори как-то не очень получалось. И Нгати Мутунга обратились к более-менее дружественным соседям из Нгати Тама с богатой идеей: а не отправиться ли нам за море и завоевать там новые земли?
 


Маорийская лодка для набегов за море

Но куда именно за море? Сначала вожди и ведущие аналитики племён на собраниях планировали вторжение на архипелаг Самоа или остров Норфолк. Но Самоа слишком далеко, а воинственные княжества соседей вполне могли дать отпор самозваным викингам-каннибалам. Остров Норфолк, в свою очередь, слишком мал. К тому же население его к тому времени составляли самые неисправимые и отмороженные каторжники британской короны. Которых «из ирландской банды за буйность выгнали».

Так что ещё вопрос — кто бы там кого сожрал в случае высадки десанта маори.

И тут кто-то из соплемнников вспомнил рассказы об острове на востоке, где живут какие-то совершенно восторженные хиппи. К тому времени там уже была маленькая колония маори, занимавшаяся рыболовством и особо никого не трогавшая.

План сложился. Маори захватили стоявший у одного из причалов британский бриг «Лорд Родни» и сделали команде предложение, от которого было сложно отказаться: совершить пару рейсов или стать не очень вкусным, но торжественным ужином.

«Великий ужас, которому имени нет»

19 ноября 1835 года «Лорд Родни», в который набилось 500 воинов-маори с ружьями и дубинками, появился у берегов Чатема.

В тот день мир мориори рухнул.

Захватчики хлынули на берег — один опытный воин на четырёх мориори, включая женщин и детей. Они рассыпались по островам, стали избивать и убивать жителей. Объявив, что теперь это земли племён Нгати Мутунга и Нгати Тама. А мориори теперь их рабы и будут растить картошку, которую предусмотрительные маори складировали в трюме брига.
 

Населявшие Чатем аборигены ужаснулись такой неспровоцированной агрессии. Их вожди собрались в селении Те-Апаватики. Молодёжь потребовала ответить на вторжение войной. Пусть даже самоубийственной.

«Нет!», — ответили старейшины Тапата и Тореа. «Мы, мориори, свято чтим заветы товарища Нунуку! Мы ответим этим варварам ненасильственным сопротивлением, и пусть им будет очень стыдно!».

Кампания ненасильственного сопротивления в лучших традициях современных борцов с оружием и пацифистов помогла не больше, чем таблички про зоны, свободные от оружия против террористов и психов с автоматами.

Маори попросту озверели, когда мориори отказались работать и стали пытаться рассказывать о своих правах. Каннибалы устроили чудовищную резню.

Три четверти жителей островов погибли. Тем, кто умер от пули, ножа или удара дубинкой в затылок ещё очень повезло. Ведь маори для запугивания устраивали казни с показательной жестокостью.

Практически все выжившие были избиты, изнасилованы, искалечены. Спасения не было: опытные воины-маори прочёсывали самые отдалённые территории Чатема. Не менее трёхсот человек демонстративно зарезали и съели.
 

Оставленных мориори держали в загонах как скот и использовали в качестве рабов. Им запретили разговаривать на своём языке, жениться, заставили осквернить все святилища. Побывавший на архипелаге несколько лет спустя английский исследователь описал жизнь мориори как самое жуткое рабство, которое гораздо хуже смерти.

«Мы вступили во владение в соответствии с нашими обычаями и поймали всех. Ни один не сбежал. Сбежавших мы убили, некоторых других тоже, но что из того? Это было в соответствии с нашим обычаем!» — спокойно рассказывал один из маори.

Стыдно им совершенно не было, ни чуточки.

Ну, а в силу живости национального характера маори пять лет спустя Нгати Мутунга на Чатеме напали на бывших союзников Нгати Тама. Началась гражданская война, и в процессе взаимных набегов маори перебили и съели ещё несколько сотен рабов‑мориори.

Последствия? А никаких последствий.

К тому времени, когда на Чатеме в 1863 году худо-бедно начали действовать британские законы, рабов освободили. В живых к тому времени осталось немногим более сотни мориори.
 


Мориори в 1880-м году

Чистокровных аборигенов до нашего времени не сохранилось. Только люди, предки которых одновременно были и мориори, и маори, и европейцами.

Мориори признали коренным населением Чатема… А заодно и маори.

«Потому что они уже полтора века тут живут, и значит тоже коренные».

При этом на самом архипелаге живут всего 36 человек, считающих себя мориори. И ещё более 600 — на острове Новая Зеландия, куда маори отвезли часть захваченных рабов.

Потомки мирного и гуманного племени с переменным успехом пытаются возрождать свою культуру.

Ну, а маори в общем-то и сейчас не очень стыдно.

Тем более, что самих Нгати Мутунга и Нгати Тама другие маори тоже потом убили и съели. Ибо традиционные ценности такие. Клингонские.
 

источник

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s